- Вон там какие-то бабы, говорят, с торфоразработков идут. Только это другие разработки. А наших далеко загнали. Оттуда, брат, скоро не выберешься.

- Где бабы? - спросил полковник.

- Вот спасибо вам! - быстро проговорил мальчик, бережно, как стекло, принимая из рук бойца кучку хлебных кусков в газетном обрывке.

- Поехали! - крикнул шофер, захлопывая дверцу кабины.

Зажужжал стартер, и полковник, разом решившись, оперся на борт и спрыгнул на землю, махнув рукой машине.

Мальчик взял в обе руки по банке и, прижимая к себе локтем хлеб, осторожно ступая, пошел в сторону от дороги.

- Где эти бабы, говоришь? - спросил полковник, догоняя его.

Внимательно глядя на полные банки, чтоб не пролить, мальчик, не поднимая глаз, снова мотнул головой, показывая:

- Вон, у кузни. Отдыхать сели, что ли.

Откуда-то из-под печи вылезло еще двое ребят с банками.

Не обращая внимания на полковника, они расставили банки на земле, присели на корточки, достали жестяную ложку без ручки и сосредоточенно принялись делить суп на три части.

Полковник нерешительно двинулся в ту сторону, куда показал мальчик, и скоро услышал голоса.

В конце улицы показалась высокая женщина в черном. Она широко шагала впереди других, чьи голоса он слышал, и нехотя остановилась, когда он спросил ее, не с торфоразработок ли они идут.

В то же время и другие подошли и остановились полукругом, разглядывая полковника.

- С торфоразработок, спрашиваете? - переспросила первая женщина, поворачивая к нему скуластое, костлявое лицо. - Мы не с торфоразработок. Нет. Мы из ада идем. Знаете, какой ад бывает? Вот мы оттуда.

- Ладно тебе, - недовольно сказала пожилая женщина, - ты отвечай по-человечески. Да, действительно, товарищ военный, с торфоразработки. С немецкой, конечно. А сами мы городские, в город возвращаемся...

Полковник, теперь обращаясь больше к этой женщине, назвал фамилию жены и ее имя и спросил, не припомнят ли они такую.